Блоги Рассказ о Сергее Спицыне
Вход Регистрация
Меню
Горец года 2019 Время голосовать
участвовать
Вход Регистрация


Рассказ о Сергее Спицыне

5 февраля 2014 | 17:02 | Версия для печати


Евгений Веселовский


 


Евгений Дмитриевич Веселовский, сотрудник Алтайского биосферного заповедника. член Русского географического общества, эксперт Программы ЮНЕСКО «Информация для всех», член Ассоциации «Морское наследие России».

 

 


«В конечном счете важны не годы в вашей жизни,

а жизнь в ваших годах». 

Авраам Линкольн.

 

Январское серое утро постепенно вплывало в дом. За окном мощно шумела «низовка» (северный телецкий ветер), тревожа прибрежные скалы яростными ударами волн, позванивая подвешенными под крышей медными колокольчиками и бросаясь снежными зарядами. Вставать не хотелось. Как всегда. Однако обязанности перед близкими, работой и самим собой заставили сбросить уютное пуховое одеяло и вздрогнуть от прикосновения к прохладным половицам.

 

Принести ведро колодезной воды для, ставшего уже традиционным, утреннего «криотерапевтического» моциона, затопить печь, сварить кофе – всё это на автомате, ещё в полусне и мысленной дрёме. Но вот весело гудит печка, кошки накормлены, зубы почищены и с одним полотенцем на бёдрах я выхожу на мороз и ветер под кухонное окно, где вода в ведре уже покрылась тонкой корочкой льда.

 

Босые ноги на снежной дорожке и пронизывающий хиус моментально взбадривают тело, ум и сердце, а обжигающий поток льющейся на плечи, спину и грудь телецкой живой водицы заводит ум за разум и в голове и теле сразу становится всё ясно и весело. И уже окончательно проснувшимся и с желанием к работе возвращаюсь в дом, где меня встречают тепло деревенской сибирской печи и желанный запах свежесваренного кофе…

 

И приходят воспоминания… Воспоминания о походах и напарниках. И хочется рассказать о том, что было когда-то и что осталось навсегда в памяти сердца.

 

Сегодня это будет рассказ о Сергее Спицыне, ведущем научном сотруднике Алтайского биосферного заповедника.

 

В который уже раз бурный Онгураж преградил нам путь. Вновь приходиться останавливаться, сбрасывать опостылевшие рюкзаки – «спиногрызы» и искать или брод (что очень маловероятно в начале лета), или естественный мост, или подходящее дерево для устройства моста. Порой нам везёт, и на пути встречается завал через реку и мы без особого труда переходим на другую сторону. Но чаще  приходиться доставать топоры и самим строить переправу.


На этот раз подходящее дерево оказалось на другой стороне реки. Бурный поток Онгуража в этом месте делал широкий плавный изгиб, на протяжении которого обнаружилось наличие длинного плеса и галечных отмелей, которые позволяли с некоторой осторожностью переправиться на другую сторону. Переправиться, чтобы сделать мост. Кто-то один должен был оголиться «до без ничего» и попытаться перейти бурный поток. Даже не перейти, а переплыть, потому что вода в этом месте доходила до пояса, а скорость её такова, что устоять невозможно – сразу сбивает с ног. Хотели бросить жребий, но Сергей Спицын, как начальник нашей патрульной группы, волевым решением взял инициативу на себя.


Для страховки мы с Игорем Савинским обвязали его арканом и Сергей бросился в холодный бурный поток. Потом он в одиночку топором свалил, предварительно очистив от веток,  растущую на берегу небольшую  ель и мы, навесив страховку, благополучно перешли сами и перенесли рюкзаки и карабины. Разожгли костёр, обсушились – обогрелись, сварили и выпили чаю с сухарями. И двинулись дальше.   Заканчивалась третья неделя нашего патрульного обхода по маршруту Джулукль – Язула – Бошкон - Чульча – Телецкое озеро. Кроме патрулирования, в наши обязанности входила чистка тропы и подготовка места и материалов к строительству базы патрульной группы Алтайского государственного природного заповедника на озере Яхонсору. Это был 1989 год и это было мое первое патрулирование.

 

Сергей Спицын

Сергей Спицын пришел на работу в Алтайский заповедник в 1983 году сразу после демобилизации из рядов Советской Армии, где служил в ракетных войсках стратегического назначения. В армии он увидел фильм об Алтайском заповеднике, проникся красотой Горного Алтая и решил посвятить свою жизнь охране природы этого удивительного края.

 

Как и всем вновь принятым на работу в заповедник, ему пришлось пройти испытательный срок в хозяйственном отделе. Для проживания Сергею выделили комнату в продуваемой всеми ветрами гостинице-заежке в поселке Яйлю. Это было практически все, что мог предложить заповедник молодому сотруднику. Однако армейская закалка и природное терпение позволяли легко переносить бытовые трудности. После прохождения трёхмесячного испытательного срока Сергея Спицына перевели в отдел охраны.

 

С тех далёких уже времён и началась его природоохранная эпопея, которая успешно продолжается и по сегодняшний день.

 


Лыжный переход от массива Архарий до Узун-Оюка никогда и ни у кого не внушал особого оптимизма. С самого утра, когда после завтрака ты становишься на лыжи и вместе со своим рюкзаком – «спиногрызом» быстро спускаешься в долину Богояжа, перед твоим взором открывается весь дневной путь, который предстоит пройти: Джулукульская котловина, в декабрьские морозы заставляющая вспомнить рассказы Джека Лондона о застывающем на лету плевке и погибших от невозможности разжечь костёр замёрзшими руками «чечако». Но самое  гибельное, что есть в этом переходе – с самого утра ты видишь большую ледниковую гриву и избушку, стоящую на ней, к которой ты должен прийти поздно вечером (если успеешь…). И каждый раз, когда ты поднимаешь свой взор от лыжни, ты видишь вожделенную избушку, где тебя ждут печка, чай и отдых, и которая никак не приближается…


Мы с Сергеем  вышли пораньше, чтобы успеть к ночи до Узун-Оюка. Быстро спустились к Богояжу и бодро зашуршали лыжами  твердому насту. Утреннее весёлое солнце внушало надежду, что к концу дня мы будем пить чай у гудящей печки. Однако с выходом на Чулышман солнце скрылось в морозной дымке, встречный ветер – «хиус» продувал насквозь, а твердый наст сменился глубоким перемерзшим снегом, в который мы стали проваливаться выше колен.


Скорость нашего перехода резко упала. Желанная избушка с печкой и чаем  скрылась в морозной мгле. Появилось ощущение, что кроме нас в этой стылой снежной пустыне никого нет, и никогда не будет конца нашему пути. К вечеру, когда ранние декабрьские сумерки скрыли вершины гор и мы потеряли привычные ориентиры, легкий «хиус» сначала перешёл в мелкую поземку, а потом в метель. Изредка сквозь рваные несущиеся облака проскакивала луна. Её спокойный, какой-то больничный свет, действовал гипнотически. Мне казалось, что ещё немного и мы выйдем к озеру Янкулю, а там и рукой подать до избушки. Однако Сергей, не смотря на моё предложение идти до избушки, настоял на том, чтобы поставить палатку и заночевать. «Разгулявшаяся пурга, ночь, отсутствие ориентиров могут нас завести очень далеко от избушки, » – говорил он. «Мы просто можем заблудиться и потерять и силы и время, » - добавил Сергей, чем и убедил меня.


Ночёвка в горной тундре без костра и горячего чая не внушает оптимизма. Но делать нечего, поставив палатку, пожевав цукаты и «запив» их снегом, мы завернулись в спальники и, под пение вьюги и шуршание снега по стенам нашего «домика»,  окунулись в тревожный, дерганый сон.


Солнце пробилось сквозь ткань палатки и заиграло весёлыми зайчиками по нашим обросшим и обветренным лицам. Я первым осмелился выскочить из спальника и, прыгая на одной ноге, вывалился из нашего домика. Первое, что я увидел – часть нашей вечерней лыжни, которую по какой-то непонятной причине не занесло снегом. Она направлялась в Тасту-Оюк. И если бы Сергей не остановил нас, мы были бы сейчас в другой части Джулукульской котловины и в ещё одном переходе от цели нашего вчерашнего путешествия….

 

 

Заповедное зимовь у массива Архарий, Алтайский заповедник Патрульная группа Алтайского биосферного заповедника на Богояже, 90-е годы 20-го века

 

За годы работы в Алтайском биосферном заповеднике Сергей Спицын прошёл путь от лесника до заместителя директора по охране, получил высшее образование, вырастил троих детей.

 

Стоял у истоков ведущейся уже около тридцати лет планомерной работы по изучению и сохранению популяций снежного барса и алтайского барана «Аргали», ловил браконьеров, строил мосты и избушки, внедрял первый опыт экологическое домостроение в Яйлю и был одним из инициаторов создания Общественного Совета нашей заповедной деревни, ставшим к настоящему времени основой зарегистрированного Территориально Общественного Совета.

 

Снежный барс Ирбис, фото - Спицын С., фотоловушка

 

Сейчас Сергей, приобретя бесценный опыт, перешёл на работу в научный отдел и полностью посвятил себя восстановлению уже упомянутых популяций Ирбиса и Аргали на Алтае. Его редко можно увидеть дома, маршруты его экспедиций пролегают в отдалённых местах Алтайского заповедника, хребтов Чихачёва и Сайлюгема, в сказочных долинах Аргута и Шавлы, где ещё встречаются снежные барсы и которых необходимо сохранить.

 

 

Подходила к концу вторая неделя нашего патрулирования высокогорной Джулукульской котловины и долины Богояжа. За этот десяток морозных коротких декабрьских дней мы обследовали почти все укромные местечки, где ещё могли оставаться архары, выдавленные со своих традиционных пастбищ табунами лошадей и стадами сарлыков, загоняемых на зимовку в заповедник тувинскими скотоводами. Самих пастухов мы не застали, попытки самостоятельно выгнать резвых коней и упрямых сарлыков не увенчались успехом – с большим изумлением смотрели на нас полудикие домашние животные, когда на камусных лыжах мы пытались опередить их на крутых склонах горного массива Архарий. Но присутствие нарушителей заповедного режима было зафиксировано: пересчитали коней, быков и коров с телятами, составили протокола и акты и засобирались домой на Телецкое озеро, в Яйлю, до которого было всего-то пара сотен километров…


Избушка у склона Архария, приютившая нас на эти две недели, с грустью следила за нашими тщательными сборами – так ей не хотелось оставаться в стылых декабрьских морозах одной напротив Шапшальского хребта до следующего прихода патрульной группы. Однако, не смотря на уют и тепло, которые она нам дарила всё это время, мы должны были покинуть её, чтобы пройти «по долинам и по взгорьям» и посмотреть – а всё ли в порядке в других далёких заповедных уголках. И вот рюкзаки упакованы, оружие и бинокли привычно примостились за спиной и на груди, лыжи уже нетерпеливо поскрипывали свежевыпавшим снегом – всё, вперёд!


Вышли рано, около 7 часов утра. Перед нами лежал Богояж, за ним долина Чулышмана и там, далеко, была видна заповедная избушка Стремечко, примостившаяся на верхушке длинной ледниковой гривы у небольшого озерца в форме конского стремени. Её было видно почти с самого начала нашего перехода, хотя расстояние до неё было не менее 40 километров… Пообедали уже в Чулышмане, спрятавшись от поднимающейся метели среди его крутых обрывистых берегов и запив пару-тройку бутербродов опостылевшим за время пребывания в горах чаем из талого снега и льда, в который сколько не сыпь заварки, сколько не добавляй разных травок – а он всё равно пустой, дистиллированный…


Потом была холодная ночёвка в придавленной снегом палатке, день отдыха на Стремечке, и вот, наконец-то, мы пересекаем Топчиху и видим верхушки кедрачей! Лес, тайга, родниковая вода…… Последний привал под могучим кедром перед спуском в долину Сай-Хоныша, последний котелок чая из талого снега. А в самом низу долины мы услышали журчание ручья, доносившееся из-под полутораметрового снежного сугроба, и не могли не остановиться.


Сергей Спицын, руководитель нашей «двухместной» патрульной группы» (в те далёкие уже 90-ые года нам не раз приходилось уходить в многодневные оперативные рейды вдвоём – другого выхода не было…), не снимая рюкзака, своим длинным кайком (такая палка-посох для ходьбы на камусных лыжах) разгрёб снежный сугроб и его концом, вырезанным в форме чаши, зачерпнул живой воды и налил в уже протянутую мной кружку. И я выпил…. Ничего вкуснее я никогда не пил. Жаркая волна прошла по всему телу и ударила в голову. Чувство хмельного задора и весёлой озорной силы овладело мной. Сергей вновь зачерпнул воды своим посохом, наполнил кружку в моей руке и я протянул ему живительной влаги. Он выпил, и его суровое исхудавшее лицо расцвело в безудержной улыбке…


Прошло двадцать лет, но мне до сих пор кажется, что, если бы мы не стояли почти по пояс в снегу, мы пустились бы дикий первобытный танец от ощущения силы и бодрости, которая влилась в нас родниковой водой Сай-Хоныша.


Успехов и Здоровья тебе, Напарник! Пусть жизнь твоя будет подобна живой воде Алтая и все, пригубившие её, почувствуют Веру в свои силы, Надежду в исполнении желаний и Любовь этого мира!

 

 

 

Фото – Александр Лотов,

Алтайский биосферный заповедник.

 


0 12343 поделиться

Оставьте комментарий!

Чтобы оставить комментарий, зарегистрируйтесь или войдите через свою учетную запись.




Архивы

«« Декабрь 2019 »»
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9
10
1112131415
16171819202122
23242526272829
3031     
    На главную Реклама Контакты
    Кабардино-Балкария. Мир и мы. Новостной портал
    © 2011-2019 Журнал «Горец». Все права защищены.
    Перепечатка материалов без разрешения редакции запрещена.
    При цитировании материалов активная гиперссылка на журнал обязательна.