Люди ХУДОЖНИК. DOC/ОСЕТИЯ (Часть I)
Меню
Горец года 2017 Предлагайте! Выбирайте! Участвуйте! Голосование открыто →


Увеличить/уменьшить шрифт
+A -a

ХУДОЖНИК. DOC/ОСЕТИЯ (Часть I)

7 марта 2017 | Карина БЕСОЛТИ
20630
76
-

ХУДОЖНИК. DOC/ОСЕТИЯ

У художественных и визуальных образов собственная драматургия: они восхищают и шокируют, признают каноны и отвергают их, вызывают улыбку и заставляют плакать. Как актер на сцене, переворачивающий души одним лишь молчанием, художник способен без слов изменить наше представление о реальности, одновременно внося в нас свои коррективы. Потому что смыслы во всем их разнообразии  в глазах смотрящего. Но что же тогда в руках творящего?

О том, как писать собственное «Я», ловить время на пленку и ваять свои мысли журналу "ГОРЕЦ" рассказали художники Осетии.  

 

 «Жизнь волнует. Пошла жить!»

 

Алиса ГОКОЕВА - художник, фотограф

 

Алиса ГОКОЕВА, художник, фотограф

Алиса ГОКОЕВА художник, фотограф



Всё страньше и страньше!

Всё чудесатее и чудесатее!

Всё любопытственнее и любопытственнее!


/Льюис Кэролл. Алиса в стране чудес/

Люблю Осетию. Она мне подарила самое счастливое детство и самых добрых друзей. Во мне все - о ней. И самая страшная боль, и самая искренняя радость. Но ее необходимо покидать, чтоб вдохнуть другого воздуха, чтоб набираться опыта, знаний, чувств. И чтобы тебе было, что ей предложить. Я в свое время уехала в Лондон.

 

Очень увлечена своей семьей и всем, что с ней связано. А так же своими лучшими в мире друзьями. Дело в том, что я так долго жила в полном одиночестве и была увлечена книгами и прогулками под луной, что не могу насытиться родными улыбками, прикосновениями и прогулками без луны, но чтоб рука в руке.

 

 В узком смысле, моя мастерская - это крохотная студия, которая всегда кишит людьми, эмоциями и новыми идеями. Она дышит, переваривая разный люд с его страстями, а мне это очень нравится. В широком же смысле, моя мастерская - это какой-то бескрайний мир собственных ощущений, в котором я в одиночку переплываю с континента на континент, спускаюсь под землю, взмываю в небеса, брожу по пустыням, дюнам, лесам и садам. И так набираю по кусочкам то, что впоследствии станет проектом.

 

 Ошибки в фотографии не ошибки, а сплошная красота. И нельзя это воспринимать иначе. Потому что процесс создания  это же не совсем рукотворная штука, в том смысле, что сюда вмешивается еще какая-то сила, которая может задумать твои ошибки заранее, для того, чтобы все получилось лучшим образом. Я могла бы привести сотни примеров из своей практики на эту тему.


Вижу свой пусть очень ясно. Знаю – то, что я делаю, должно улучшать мир, а не критиковать или обличать его. Передо мной всегда одна задача  пробудить в зрителе эмоцию радости или доброй грусти, восхищения или сострадания. Чтобы человек подумал о себе и своей жизни в том или ином разрезе, и эта мысль не была удручающей, но, наоборот, возвышающей и очищающей. Но это требует работы души самого человека, а мне хочется быть проводником между каким-то явлением, которое я изучаю в проекте, и этим состоянием души моего зрителя. Я чувствую это как свою человеческую миссию.

 

«Почему я должна жить». Фотопроект Алисы ГОКОЕВОЙ о девушках, которые выжили после теракта в Беслане


Завтра будет то, что мы посеем сегодня. Поэтому мои мысли о зернышках сегодняшнего дня, а о зернышках завтрашнего подумаю завтра, чтоб послезавтра мне было так же хорошо, как сейчас. А сейчас я пожинаю любовь, посеянную вчера.

 

 Contemporary? Объект искусства либо талантливо сделан и содержателен, либо грамотно обставлен и ловко подан. Второй категории, как по мне, больше в современном искусстве. Ты редко стоишь перед работой, от которой бегут мурашки по спине, хотя знаешь, что она получила какие-то премии и восхваляема тусовкой. Это самое contemporary так часто бессмысленно, беспощадно, и, что еще отвратительнее, встроено в политический контекст, что мне не хочется себя ассоциировать со всем этим. Но, между тем, в этих кучах фекалий попадаются настоящие бриллианты, но почему-то опять же не в списках самых успешных молодых или не молодых современных художников, как правило.

 


«Мне комфортно быть закрытым...»


Андрей ЛАПИН. «Мне комфортно быть закрытым»


Андрей ЛАПИН, художник

Андрей ЛАПИН

художник




Вся красота мира легко может поместиться в голове одного человека.

 /Хаяо Миядзаки/

Мой папа был художником. Нас пятеро детей в семье и кроме моей сестры – она  младше меня по возрасту - у нас все рисуют. Мне не особенно нравилось рисование во время учебы в художественной школе – «разболтай», прогуливал занятия, уделял мало внимания рисунку. В одно время даже забросил художку - год не ходил и меня отчислили. Но шло время, нужно было определяться с профессией. Исходил при выборе из того, что умею – так я и поступил на факультет искусств в Северо-Осетинский государственный университет. Долгое время до поступления не рисовал, поэтому поначалу приходилось тяжело – все художники на факультете были достаточно подготовлены для своего возраста, все что-то заканчивали. Пришлось все это «мастерство» наверстывать.

 

 Есть такой миф, что в Осетии любят покупать у художников только «горы, пейзажи», но это заблуждение. Невозможно, чтобы вся масса людей начала однонаправленно мыслить. И вот, отбросив все сомнения, ты начинаешь искать своего зрителя. Это можно сравнить с писательством или режиссурой.

 «Каждый помнит запах рая», - говорил один мой знакомый и если я сказал что-то хорошее и доброе в своей работе, это обязательно отзовется в сердце человека, который смотрит.


 Современное искусство это то, к чему, надеюсь, причастен и я. Возьмем симпозиум художественного искусства «Аланика» - у него особенная аудитория, не та, которая приходит, чтобы увидеть школу, а приносит с собой особое душевное состояние, готова слушать и слышать. Ведь главное не то, как ты рисуешь, а что ты хочешь этим сказать.

 

 Замкнутый в какой-то степени человек, да. Могу совершать какие-то неординарные поступки, вести свободно диалог, но мне комфортно быть закрытым. Мне легко с самим собой и это тоже результат долгих часов сидения за мольбертом - когда ты погружен в своим мысли и работу. Это здорово, когда ты в постоянном диалоге с самим собой.  

 

Андрей ЛАПИН. Графика

 

P.S. Однажды я решил написать сказку для детей – о том мире, который я рисую, о персонажах, загадочных домиках и существах с моей графики. В этой сказке мальчик и девочка идут за звездочкой, чтобы спасти ее от Похитителя времени. А вот и он (показывает на один из рисунков). Они попадают в мельницу – вот эту (еще один рисунок), открывают дверь, а перед ними – бескрайнее небо. И дверь в следующий парящий в небе дом. И так до… Но я еще не дописал, если честно. Возможно, когда-нибудь я эту сказку обязательно продолжу.

 

Жить-творить...


Стас ХАРИН. Жить-творить


Стас ХАРИН, художник

Стас ХАРИН

художник




... кто беден и одет в лохмотья

со впалыми глазами бодрствовал

курил в прозрачной темноте холодноводных квартир

плывущих по небу через городские купола

в созерцании живой энергии джаза...


 /Аллен Гинзберг. Вопль/

 Первые три года с удовольствием ходил в художественную школу, потом - со стонами. И чем дальше, тем скучнее становилось. В училище ребята все постарше были, я то после восьмого класса поступал, а они - после армии. Впервые мы именно с ними пошли смотреть книжки с работами Сезанна, Ван Гога, Матисса. Вот тогда у меня уже возникло желание посвятить все свое время и энергию живописи, направить свои силы в искусство.

 

 Такая веселая жизнь была,  когда учились  не до протестов и бунта нам было. Вокруг все менялось так резко. Развалилась страна, открылся поток невиданной информации и вещей - кино, одежда, выпивка, сигареты. И мы, смотрящие на все это с таким восторгом, широко распахнутыми глазами. Ждали перемен. Ждали, что все будет неплохо. Хотя, были, конечно, и ужасные моменты в 90-х. У всех ведь есть друзья и родственники в Южной Осетии, например. Но все равно мы ждали перемен, которые коснутся не только искусства, но и всех нас. 

 

  Особо не делился ни с кем своим отношением к искусству, да и другие тоже. Все шли своей дорогой. Здесь, в Осетии, не было такой среды, как, допустим, в Дагестане. Мы были предоставлены сами себе. Могу сказать такое, что не понравится многим – всё учим-учим людей чему-то, а выпускаем в «чистое поле». С нами так поступали и мы так поступаем. Вышел, допустим, из училища прекрасный живописец... А что дальше? Где кусок хлеба? Это не только в живописи. Куда-то идут работать, думая: «Это временно».  А на самом деле - это надолго. И мы все - механизмы этой  ужасной цепочки, которая  обвивает потихоньку шею. К чему это приведет в конечном итоге я не знаю. Вот такой грандиозный обман.

 

 Преподаю. Мне предоставили возможность самому составить программу обучения (прим. ред. – на кафедре художественного образования в СОГПИ). И я полностью отверг шаги,  которые якобы «обучают». У меня своя программа, экспериментальная. Один раз в неделю на четыре часа ко мне приходят совершенно разные люди и я должен научить их каким-то навыкам рисования, тому, как работать с красками, общаться с детьми.  Хочу, чтобы они могли получать удовольствие, смотря на какие-то визуальные произведения искусства, а вот подталкивать человека к работе с ребенком абсурдно. Должна быть расположенность какая-то. Заниматься с маленькими детьми до 11 лет, когда их сознание еще открыто, глаза распахнуты - мне  вот это действительно очень нравится. А ученики - они разные. Кто похуже, кто получше. Как и везде. Есть супер-талантливые, а ходят раз в 2 года.

 

 Кому понравится, когда устраивают бардак с красками? Или постоянная трата денег непонятно на что. Восторга в семье это не вызывает, но они свыклись настолько, что в планах лечить меня нет.  В основном я как раз дома и работаю.

 

Стас ХАРИН. Жить-творить


Я и сейчас до конца не знаю, стал ли я художником? На меня сильно повлияло общение со всеми кто приезжал на международный художественный симпозиум «Аланика». Я смотрел, анализировал, старался общаться и узнавать, кто и что делает, почему делает, доставал людей. До «Аланики» — ходил по разным галереям, искал необычные работы. На первом курсе мне нравилась маленькая галерейка ТИБУЛ - наивные,  недоучившиеся, работы там бывали самого разного качества. Но меня атмосфера эта вдохновляла. Мудрые, бородатые, волосатые дяди говорят умные вещи, а я даже не понимаю о чем они. Территория свободы, где каждый делал, что хотел и особо не утруждал себя мыслями, что это, собственно, такое, хорошо или плохо.

 

 Наблюдал, особенно в первые годы симпозиума «Аланика», как себя ведут в столовой те, кто писал пейзажи с натуры. Очень раскованные, веселые и остроумные. Те, кто пытался работать несколько  иначе, чем просто «копировать» пейзаж,  ставил для себя другие задачи — были замкнуты, «в себе», не сразу выходили из этого состояния. Погруженность в себя — когда ты создаешь какую-то вещь, думаешь о ней — она так просто не отпускает. А если ты  рисуешь, никуда по сути не уходя, не погружаясь  в это  полумедитативное состояние —  ты всегда налегке.

 

 В идеале мне хотелось бы наладить контакты с какими-то галереями. С теми людьми, которые такое искусство понимают. Здесь мою выставку закрыли, не приняли. В лучшем случае, все делают вид, что им нравится. Есть  планы повезти выставку в Москву и Краснодар. Но,  если честно, меня вполне устраивает мнение 3-4-х людей, уровень и статус которых не подвергаются сомнению. Если они напишут что-то, то все не просто так.  Значит я на правильном пути. Они мне не близкие друзья, просто разбираются в искусстве лучше, чем я.

 

 


«Есть такое хобби - радиоприемники мастерить...»

 

Захар ВАЛИЕВ. «Есть такое хобби - радиоприемники мастерить»

Захар ВАЛИЕВ, художник

Захар ВАЛИЕВ

художник




Счастье приходит к тебе в тот момент, когда ты понимаешь, кем ты на самом деле являешься.

 

/Марина Абрамович/

— … Поступил в училище в Осетии, закончил и уехал в Ригу. Дома иногда упрекали меня за непостоянство - то в ансамбле играю на гитаре, то увлекаюсь радиотехникой. Кстати, увлечение радиотехникой сохранил до сих пор, хотел в юности даже в радиотехнический институт поступать. «Определись, кто ты и чем хочешь заниматься!», - говорили мне родные. Изначально я собирался в Питер, но потом решил ехать в Ригу. Я поставил перед собой задачу – если в течение пяти лет не поступлю, значит не судьба.

 

— Однажды к нашему однокурснику приехал знакомый, он захотел посмотреть, в том числе, и мои работы. Увидев, поинтересовался ценой. Посмотрел и ушел. Про себя думаю: «Наверное слишком загнул цену, раз он вообще ничего не взял». Через пару часов стук в дверь. Выглядываю – он на пороге стоит: «Времени нет, давай быстрее, машина ждет!». Он забегает в комнату и все подряд со стен снимает. Все купил. Когда мы с ним уже ближе познакомились, случайно выяснилось, что у него к тому же мачеха дигорка. «Меня преследуют осетины», -  удивлялся он. Вот такой эпизод из моей жизни в Риге.

 

 — Вернувшись после Риги, я осознавал, что привнесу с собой что-то новое. В Осетии всегда преобладали московская и питерская школы. Прибалтийская живопись - она совершенно другая. Это давало мне какую-то уверенность.

 

 Есть какие-то вещи, через которые не переступишь в силу своего менталитета, при всех поисках существуют границы. Хотя, у других художников могу принять и понять практически всё.

 

Захар Валиев. Дон-Кихот живописи

 

— Мне не раз снился сон: я в центре храма, а вокруг мои картины. Поначалу понять не мог – отчего рисунки прямо на стенах. И почему в церкви? Спустя несколько лет мне и еще нескольким художникам предложили расписать храм. Безвозмездно. Я согласился сразу. Даже когда другие мастера один за другим по разным причинам уходили, я продолжал. Знал – пока не закончу, не уйду. Первые мои образы - на стенах храма в женском монастыре в Алагире. Там в монастыре день за днём я видел, какой уклад жизни у тех, кто посвятил её служению Богу, ощущал духовное просветление и спокойствие.


Тогда я ещё не знал, что потом буду расписывать и маленькие сельские церкви, и часовни, и большие соборы. И скромные молельные комнаты – как в детской больнице Владикавказа. Матушка Нонна, настоятельница монастыря, попросила. Приехал, ещё не зная, какое отделение. Оказалось онкология. Я почувствовал, нагромождения образов быть не должно. Светлые, нежно-голубые тона. Херувимы на потолке, Христос в окружении ребятни. Сюда будут приходить дети и родители. С Верой за надеждой

 

— Вера со мной постоянно. С тех пор, как принял крещение вместе с младшим сыном. Максим совсем маленький был, я – зрелый уже мужчина. И в храм шёл осознанно. Трепет, когда вхожу в церковь, во мне до сих пор.

 

— Мечтаю о том, чтобы поменялось в нашем обществе отношение к людям творческим. А то ведь порой неудобно бывает даже сказать, что ты художник. Хотелось бы, чтобы здесь, в Осетии, мы могли так же радоваться, творить, чтобы ценилось то, что мы делаем.

 

— Что помимо работы? Книги – это в юности, а сейчас… Есть хобби - могу смастерить радиоприемник, например.

 

Продолжение  >>>

 Записала Карина БЕСОЛТИ

Фото со страниц героев публикации в Facebook и др. открытых источников

 

Рубрика: Люди -> Новые имена
Поделится:

Читайте также:

Комментариев: 0

В других СМИ


# Вести с гор

Удивите нас своими фото!

Вы побывали в горах и вернулись домой с кучей фото? Присылайте нам свои шедевры на info@gorets-media.ru.
Лучшие мы опубликуем в наших коллекциях
Горцы мира и Заоблачный мир.

Вопрос один, а ответов четыре.
И только один из них правильный.
Его и надо найти.

Если верить песне, он «сердце оставил в Фанских горах»:

Владимир ВысоцкийВыбрать5% / 9
Юрий ВизборВыбрать60% / 108
Юлий КимВыбрать14% / 25
Тимур ШаовВыбрать21% / 38


На главную Контакты
© 2011-2017 Журнал «Горец». Все права защищены.
Перепечатка материалов без разрешения редакции запрещена.
При цитировании материалов активная гиперссылка на журнал обязательна.
X
Авторизация Регистрация Востановление доступа